Сохранили боеспособность
В период подготовки октябрьского переворота и вслед затем начавшейся Гражданской войны советская власть уделяла самое пристальное внимание вопросам взаимодействия с российским казачеством как силой, которая в то время была способна в зародыше подавить все ее начинания.
Судите сами. В условиях повсеместного развала фронтовых частей осенью 1917 года только некоторые из армейских и подавляющее большинство казачьих частей сохранили свою боеспособность. От их позиции во многом зависела дальнейшая судьба России.
На октябрь 1917-го в действующей армии, не считая запасных частей, находилось 169 казачьих конных полков, составляющих две трети численности русской кавалерии, 30 пластунских и пеших батальонов, 54 конные батареи при 216 орудиях. Только в действующей армии к январю 1917 г. числилось 307 тыс. казаков, в том числе 125 тыс. донских и 110 тыс. кубанских.
В самом Петрограде находилось три донских казачьих полка, гвардейская казачья батарея, казачья сотня Николаевского кавалерийского училища, а также большое количество отдельных казачьих офицеров. В непосредственной близости от столицы дислоцировалась 5-я Кавказская казачья дивизия под командованием уроженца Екатеринодара генерал-майора К.К. Черного. В районе Пскова располагался получивший приказ двигаться на Петроград 3-й конный корпус генерала П.Н. Краснова, в состав которого входили две казачьи дивизии. Учитывая полную деморализацию армейских полков, включая гвардейские, находящиеся в Петрограде, активное выступление казачьих полков при должном обеспечении их действий необходимым количеством находящихся в Петрограде юнкеров военных училищ и артиллерии могло реально склонить чашу весов на сторону законной власти.
Фактической силой большевиков на тот период были лишь две тысячи матросов, высадившихся в Петрограде во второй половине дня 25 октября, и плохо организованные и вооруженные отряды рабочих. Армейские полки, находящиеся в городе, проявляли мало активности и не стремились к вооруженным столкновениям.
Оставили Зимний дворец
Большевистские лидеры учитывали этот фактор и уделяли большое внимание работе среди казачества. Накануне Октябрьской революции временное правительство решило провести в Петрограде смотр преданных ему войск. Однако 4-й и 14-й донские казачьи полки отказались от участия в смотре. Данную ситуацию лидер большевиков В.И. Ленин в письме к Я.М. Свердлову оценил как важнейший успех. «Отмена демонстрации казаков есть гигантская победа. Ура! Наступать изо всех сил, и мы победим вполне в несколько дней», — писал В.И. Ленин.
Во время октябрьских событий в Петрограде Временное правительство возлагало большие надежды на казачьи полки, дислоцированные в самом городе. Однако к октябрю 1917 г. и особенно после подавления корниловского выступления оно полностью лишилось поддержки казаков. В начале восстания 24 октября Керенский отдал приказ казачьим полкам занять рабочие кварталы и прекратить беспорядки. Однако казаки отказались выполнить приказ. Около девяти часов вечера 25 октября по приказу Совета Союза казачьих войск Зимний дворец покинули последние две сотни казаков и пулеметная команда 14-го донского казачьего полка, накануне выдвинутые на его охрану. В распоряжении Временного правительства осталась лишь горсть юнкеров и женский ударный батальон.
Чем закончился штурм Зимнего, начавшийся в 21.40, то есть через 40 минут после ухода казаков, знают все. В результате большевики смогли захватить власть. А ведь поддержи казаки в тот момент Временное правительство, история России имела бы шанс развиваться по иному сценарию.
Заняли позицию нейтралитета
Осенью-зимой 1917-1918 гг. российское казачество в основной своей массе заняло позицию нейтралитета, что и решило быструю победу советской власти, в том числе в казачьих областях. Этому процессу во многом способствовала политика заигрывания с казачеством, проводимая советской властью на начальном этапе.
Уже в первых документах, принятых 2-м Съездом Советов, много внимания уделялось казачеству. Пункт 5 Декрета о земле гласил: «Земли рядовых крестьян и рядовых казаков не конфискуются». Так большевики стремились расколоть казачество, отделив от основной массы его зажиточную часть, и натравить на эту часть иногородних, мечтавших получить землю.
На этом же съезде было принято обращение к казачеству:
«Вас ведут на Петроград. Вас хотят столкнуть с революционными солдатами и рабочими столицы… Не верьте ни одному слову наших общих врагов… Съезд хочет видеть в своей семье и трудовых казаков… Рядовые казаки, стонущие под игом малоземелья, — наши братья. Вам говорят, что Советы хотят отнять у казаков землю. Это ложь. Только у казаков-помещиков революция отнимет земли и передаст их народу. Организуйте Советы казацких депутатов. Присылайте в Петроград ваших делегатов для сговора с нами…(выделено авт.) так поступил целый ряд казачьих отрядов…»
Нужно констатировать, что на «сговор» с большевиками в то время пошли и некоторые кубанские казачьи части. Так, 3-й Екатеринодарский казачий полк вскоре получил мандат Совета народных комиссаров за подписью председателя СНК Ульянова-Ленина о беспрепятственном пропуске по всем железным дорогам эшелонов полка, «идущего против Каледина».
По прибытии полка в Екатеринодар этот документ попал в руки Войскового правительства, члены которого 23 декабря 1917 г. на своем заседании приняли решение: «Подобные предписания большевиков делать достоянием гласности». Такой же документ получил и другой полк 5-й Кавказской казачьей дивизии — 1-й Кавказский. Справедливости ради нужно отметить, что на такой «сговор» казаки шли ради одного — побыстрее вернуться домой, что им и удалось.
На что «давили» Советы?
Одновременно большевики стали предпринимать попытки уничтожить саму основу казачества. 11 ноября 1917 г. в соответствии с Декретом «Об уничтожении сословий и гражданских чинов» все существовавшие в России сословия (в том числе казачество), сословные привилегии, организации и учреждения, звания упразднялись. В результате подрывались сложившиеся веками казачьи традиции, военная организация, дисциплина и чинопочитание. Устранялись сословные рамки, юридически противопоставляющие казачество другим категориям крестьянства.
30 ноября во все войсковые части было направлено «Временное положение о демократизации армии»: все офицерские чины, знаки отличия и ордена упразднялись. 16 декабря опубликовали Декрет «Об уравнении всех военнослужащих в правах», а затем Декрет «О выборном начале и организации власти в армии», в соответствии с которыми в армии был окончательно уничтожен офицерский корпус.
25 ноября в условиях подготовки карательной экспедиции против атамана Каледина на Дон подписывается «Обращение от Совета народных комиссаров трудовым казакам «О завоеваниях Октябрьской революции и о борьбе с контрреволюцией». В нем описывались тяжелые воинские повинности казачества, обещалось снять это тяжкое бремя, звучал призыв к созданию казацких Советов (выделено авт.), говорилось о прекращении войны, и в конце звучала основная мысль обращения:
«От вас зависит теперь, будет ли дальше еще литься братская кровь… Объявите Каледина, Корнилова, Дутова, Караулова и всех их сообщников и пособников врагами народа. Арестуйте их собственными силами и передайте их в руки Советской власти…»
25 ноября 1917 г. образованный накануне «в революционном порядке», то есть самоназначенным путем, казачий комитет ВЦИК также обратился с воззванием к казакам, в котором заверил собратьев в том, что их земли не будут изыматься, и призвал «теснее сплотиться со всем русским народом и рабочими, снабжать их хлебом и всеми питательными продуктами».
Обещания Ленина
9 декабря 1917 г. было опубликовано обращение Совета народных комиссаров за подписью председателя Ульянова (Ленина) «Ко всему трудовому казачеству», получившее широкий общественный резонанс в казачьих кругах:
«Властью революционных рабочих и крестьян Совет Народных Комиссаров объявляет всему трудовому казачеству Дона, Кубани, Урала и Сибири, что рабочее и крестьянское правительство ставит своей ближайшей задачей разрешение земельного вопроса в казачьих областях в интересах трудового казачества и всех трудящихся на основе советской программы, принимая во внимание все местные и бытовые условия и в согласии с голосом трудового казачества на местах».
Отменялась обязательная воинская повинность казаков. Обмундирование и снаряжение казаков, призванных на военную службу, принималось на счет государства (до этого казаки сами себя должны были обеспечить этим). Отменялись дежурства казаков при станичных правлениях. Устанавливалась свобода передвижения.
Таким образом, были реализованы пожелания казаков, высказанные ими на первых после Февральской революции войсковых съездах-радах, в том числе Кубанского казачьего войска. Одновременно Ленин уже 11 декабря указал принять «все меры, вплоть до наиболее революционных, для самого энергичного движения войск, чтобы разгромить калединцев».
В январе 1918 г. делегаты прошедшего 3-го Всероссийского съезда Советов приняли еще одно обращение к трудовому казачеству, в котором выразили призыв к созданию в казачьих областях Советов казачьих и крестьянских депутатов и взятию помещичьих земель и инвентаря в свои руки.
Советские республики вместо областей
Основополагающим документом, определяющим взаимоотношение советской власти и казачества, стал Декрет Совета народных комиссаров «Об организации управления казачьими областями» от 1 июня 1918 г., по которому последние рассматривались как административные единицы местных советских республик. Трудовому казачеству совместно с крестьянами и рабочими, проживающими на данной территории, предоставлялось право создания войсковых, районных или окружных и станичных или поселковых Советов казачьих, крестьянских и рабочих депутатов с определенным представительством в краевых советских объединениях и ВЦИК Советов рабочих, крестьянских, солдатских и казачьих депутатов.
В частности, трудовому казачеству Донской и Кубанской областей квотировалось во ВЦИК по 4 места, Оренбургскому войску — 2 места, Терскому — 1 место и так далее. Эти представители должны были образовать свою секцию и делегировать своих представителей во все комиссариаты. Ближайшей задачей Советов ставилось укрепление советской власти на местах, борьба с контрреволюцией и саботажем. Земли, находившиеся в войсковой собственности в соответствии с Законом о социализации земли, передавались в пользование всего населения, занимающегося сельским хозяйством и оседло проживающего на данной территории. Войсковым Советам совместно с военными комиссариатами предписывалось немедленно приступить к формированию казачьих частей Красной Армии, «принимая во внимание все бытовые и военные особенности казаков».
В результате советская власть победила во всех казачьих областях, в том числе на Кубани. Осенью 1917-го — зимой 1918 года казаки возвращавшихся с фронта казачьих полков в большинстве своем не откликнулись на призыв атамана Филимонова защитить родную Кубань от надвигающейся большевистской власти и после прибытия расходились по своим станицам. Как писал атаман войска Донского А. Богаевский, «настроение всего казачества в массе мало чем отличалось от общего настроения российского крестьянства: казаки еще не испытали на своей шее всей прелести советского управления». В результате войсковое правительство в конце февраля 1918 г. было вынуждено оставить Екатеринодар.
Что вызвало гнев казаков
Вместе с тем весной 1918 г. новая власть не имела опоры среди населения, а также должной дисциплины и порядка в подчиненных войсках. И без того острую ситуацию обостряли бежавшие с территории Украины и Малороссии под натиском наступающих немецких частей разношерстные красногвардейские и анархистские отряды. Для примера, один из таких отрядов, следующий через Кубань в Кисловодск, возглавляла знаменитая анархистка Маруся Никифорова, которая не признавала никакой власти. Зато она была большим специалистом по реквизициям у населения «на святое дело революции».
Дополнительно в Новороссийск из Крыма пришли корабли красного Черноморского флота. Отряды матросов, анархистов и различных авантюристов, всплывших на пене революции, буквально наводнили Кубань. Исторические документы донесли до нас примеры реквизиций. К станице подходит отряд «революционных» матросов. Развернув орудия, они делают выстрел по станичной площади, а затем требуют миллион рублей в качестве контрибуции. В противном случае угрожали подвергнуть станицу артобстрелу. Вот такие отряды буквально заполонили Кубань. Плюс к этому иногороднее население Кубани стало предъявлять свои требования на казачьи земли, в результате в станицах развернулась жестокая «классовая борьба».
Накалу и без того сложной ситуации способствовали репрессии по отношению к казакам со стороны Советов, незаконные расстрелы, изъятие продовольствия, неприкрытый грабеж казачьего населения. Кроме наложения контрибуций на казачьи станицы, советская власть стала активно применять взятие заложников. Впервые в России эта форма террора была применена именно на Кубани. Так, еще 19 января 1918 г. в Совет станицы Петропавловской поступило прошение об освобождении шести граждан этой станицы, арестованных с целью отправки на станцию Гулькевичи в распоряжение 39-й пехотной дивизии в качестве заложников «за будущее спокойствие в станице». Масло в огонь также подливали бесчинства, учиняемые в казачьих станицах деморализованными толпами солдат бывшего Кавказского фронта.
Генерал Фостиков, освободивший от красных станицу Сенгилеевскую, вспоминал:
«За время пребывания большевиков в станице Сенгилеевской они натворили массу бед, все было разграблено до кухонной посуды, женщины и девушки изнасилованы. В церкви устроили гульбище и разврат, сгоняя туда днем и ночью женщин. В станице, где сохраняли в цистернах дождевую воду как питьевую, цистерны были забиты трупами людей и животных…»
Непривычное к такому «новому порядку» богобоязненное, почитающее своих стариков и крепкую власть, казачье население захотело вернуть прежние порядки и стало переходить от нейтралитета к поддержке своей законной казачьей власти. В станицах повсеместно начались казачьи восстания.
В полном составе переходили на сторону белых
В условиях поголовных восстаний казачьих станиц на юге России 30 мая 1918 г. Совет народных комиссаров принял «Обращение к трудовым казакам Дона и Кубани, в котором «призвал казачество немедленно встать под ружье». В связи с ухудшением положения на востоке страны Декретом СНК от 11 июня 1918 г. была объявлена мобилизация на территории Сибирского и Оренбургского казачьих войск. Однако многие мобилизованные красными казачьи полки в полном составе переходили к белым.
Тогда советская власть попыталась перейти к открытым репрессиям и устрашить казаков. В условиях начавшейся Гражданской войны под влиянием отдельных членов Центрального комитета РКП(б) большевики пересмотрели свое отношение к казачеству, перейдя к репрессивным мерам.
Наиболее остро это прозвучало в циркулярном письме оргбюро Центрального комитета РКП (б) «Об отношении к казакам» от 24 января 1919 г.
Массовые восстания и реакция новой власти
Начавшееся исполнение директивы на местах всколыхнуло казачьи станицы, и уже 11 марта на Дону началось массовое Вёшенское восстание казаков, до этого открывших фронт для наступления красных войск. Поднялись и казачьи станицы Оренбуржья и Урала. Восстания приняли массовый характер и во многом способствовали стремительному ухудшению общего военно-стратегического положения. Самому существованию советской власти вновь был нанесен сильнейший удар. Все это потребовало принятия срочных мер по разрешению конфликта. Напуганная размахом восстаний, советская власть, показавшая свое истинное лицо, была вынуждена вновь начать заигрывать с казачеством России.
Уже 16 марта 1919 г. Пленум ЦК РКП(б) обсудил вопрос об отношении к донскому и оренбургскому казачеству и постановил приостановить применение репрессий по отношению ко всем казакам и не препятствовать их расслоению. Ленин лично уделял большое внимание этому вопросу и предлагал устранить ошибки, допущенные в отношении донского и оренбургского казачества, способствовать привлечению рядового казачества на сторону советской власти. Он писал в апреле 1919 г.: «Без разгрома контрреволюционного казачества на Южном фронте ни о каком упрочении Советской пролетарской власти в центре не могло быть и речи».
Дальнейшее развитие политики в отношении казачества нашло свое отражение в решениях VIII съезда РКП(б), обращении ВЦИК и СНК «К трудовым казакам» от 16 августа 1919 г., обращении «К трудовым казакам» 30 сентября 1919 г., в которых подчеркивалась необходимость перехода казачества на сторону революции.
На VII Съезде Советов казачья секция выступила с декларацией, в которой говорилось: «Советская власть предает забвению прошлые грехи трудового казачества и готова братски встречать казаков, покидающих белогвардейские армии». Съезд также принял соответствующее обращение «К трудовым казакам Дона, Кубани, Терека, Урала, Сибири и Оренбурга».
Упразднили как сословие
К марту 1920 г. в результате поражения армий Деникина и Колчака и занятия казачьих областей завершился переход основных масс казачества на сторону советской власти. В этих условиях появилась необходимость проведения хотя бы формального Всероссийского съезда казачества. О его целях прямо говорилось в постановлении Политбюро ЦК РКП(б): «Казачий съезд созвать, придав ему характер массовой демонстрации…»
Позицию по отношению к казачеству высказал председатель казачьего отдела ВЦИК, лишенный казачьего звания уроженец станицы Елизаветинской Дмитрий Полуян: «Казаков отнюдь нельзя рассматривать как особую народность, национальность. Они есть неразрывная часть русского народа. Проходившие на днях съезды Астраханского, Оренбургского, Семиреченского, Омского и Уральского казачества блестяще показали, что в подавляющей массе своей казаки не ищут для себя никаких привилегий…» Будущее казачества им виделось в необходимости его уравнения со всем населением страны. «Мы ведь отлично знаем, что в коммунистическом обществе не должно быть и не будет ни казаков, ни крестьян, ни рабочих. Будут просто граждане, объединенные в радостном товарищеском труде».
Закрепить переход казачества на сторону советской власти было предложено 1-му Всероссийскому съезду трудового казачества, который прошел в Москве в период с 29 февраля по 6 марта 1920 г. На нем приняли ряд резолюций, в которых отмечалось, что советская власть в казачьих областях должна строиться на общих основаниях Конституции РСФСР. Создание отдельных казачьих Советов не допускалось. Делегатами было провозглашено, что казачество как особое сословие ликвидировалось.
Уже 25 марта 1920 г. в соответствии с «пожеланиями» делегатов съезда Совет народных комиссаров принял Декрет «О строительстве советской власти в казачьих областях», по которому казачество фактически упразднялось.
Таким образом, по мере укрепления советской власти и окончания Гражданской войны надобность в казачестве стала отпадать, и, более того, с казачеством, как с чуждым пролетариату классом, уже можно было не считаться. Все уступки, допущенные советским правительством по отношению к казачеству на начальном этапе Гражданской войны, отменялись.
Все дальнейшие попытки развития казачества в Советской России, вплоть до 90-х годов ХХ века, носили откровенно бутафорский характер.
Тем временем. А что на Кубани?
По воле судьбы Кубанская область не попала в списки пострадавших казачьих регионов. Исключительно потому, что к ноябрю 1918 г. была полностью освобождена от красных войсками генерала А.И. Деникина и кубанскими казаками атамана А.П. Филимонова.
