В память о храмах
Начнем с тех, чья судьба тесно связана с храмами, которые когда-то стояли на этих местах. Знали ли вы, что на месте главного собора Кубани — Екатерининского храма — раньше стояла церквушка во имя св. великомученицы Екатерины (на заглавном фото), а площадь вокруг нее называлась Екатерининской? В 1914 году на месте церкви возвели семипрестольный собор, но название площади сохранялось в документах до конца 1920-х годов.
В послевоенные годы ее иногда называли «Соборная пл.», но это название так и не стало официальным. К 1952 году площадь окончательно исчезла: на ее месте возвели жилые пятиэтажки, и историческая память о площади осталась только на старых картах и в архивных справочниках.
Схожий сценарий и у истории еще одной площади — Николаевской. Она была названа по церкви во имя святого Николая Чудотворца. Ее возвели в 1883 году по проекту архитектора Василия Филиппова. Церковь стояла на Дубинке, условно на месте нынешнего Октябрьского районного суда на ул. Ставропольской. Сооружение воспроизводило формы шатровых храмов XVI-XVII веков в сочетании с древнерусской крестово-купольной основой. Храм простоял до начала 1930-х годов, а затем его разрушили.
Подобные трансформации в советское время были характерны для многих районов города. Как отмечает экскурсовод, преподаватель КубГУ Сергей Дейко, в первой половине XX века Краснодар пережил масштабную перестройку, затронувшую в том числе его религиозное наследие.
— В советские годы большевики уничтожили немало храмов, — говорит Сергей Дейко. — В рамках антирелигиозной политики церковные здания закрывали, перестраивали или просто сносили. Освободившиеся участки редко оставались пустыми: как правило, на их месте появлялись жилые кварталы, административные учреждения или общественные здания.
Теперь тут учатся
А еще на месте бывших площадей строили учебные заведения. К примеру, Чумаковская, на месте которой сегодня располагается Кубанский госуниверситет физической культуры, спорта и туризма.
Название появилось до 1903 года, тогда оно уже упоминалось в справочниках того времени. Она продолжала существовать до тех пор, пока постепенно не исчезла: в 1913 году часть площади заняли здания Екатеринодарского коммерческого училища на углу улиц Новой (ныне Буденного) и Котляревской (ныне Митрофана Седина), а к концу XX века она была окончательно застроена.
Здания учебных заведений заняли и территорию ул. Покровской. Название появилось до 1900 года по церкви во имя Покрова Пресвятой Богородицы и сохранялось в официальных документах до конца 1920-х. Пятиглавый каменный храм, находившийся в Екатеринодаре между ул. Ярмарочной, Кузнечной, Конвойной и Березанской, был освящен в 1888 году и имел отдельно стоящую на столбах колокольню. После его сноса в 1936-м на этом месте появилась коррекционная средняя школа №15, открыт детский сад №2. Вскоре площадь полностью исчезла.
На месте кладбища — яблоневый сад
Есть и площади с символическими или почти предсказывающими названиями. Площадь Революции, названная так 5 ноября 1920 года в честь Октябрьской революции 1917-го, именовалась так в официальных документах почти полвека, вплоть до начала 1970-х годов. Но сама территория была куда старше: в конце XIX века она называлась Крепостной — по Екатеринодарской крепости, с которой началась история города. Такое имя площадь носила примерно в 1882-1888 годах.
Со временем ее пространство постепенно менялось и сокращалось. Уже к концу 1910-х северная часть площади, лежавшая за пределами бывшей крепости, фактически исчезла: там разбили скверы у памятника Екатерине II и здания окружного суда на ул. Красной. С тех пор площадь была окружена зданиями вдоль земляного вала крепости, где с середины XIX века размещалась войсковая больница.
Восточную сторону площади занимало Крепостное кладбище. Оно примыкало к стоявшему в центре храму во имя Воскресения Христова, построенному в 1877-1882 годах на месте ветхого войскового собора. В 1930 году церковь разрушили, тогда же сровняли с землей и кладбище. Позже на этом месте появился яблоневый сад.
Как отмечает Сергей Дейко, подобная судьба постигла не только этот некрополь.
— Многие старые кладбища со временем исчезли или значительно сократились: Воскресенское, Фоминское, большая часть Еврейского, — рассказывает экскурсовод. — Даже известное всем Всесвятское кладбище со временем оказалось урезано: улица Аэродромная прошла по его окраине. Это происходило по мере роста города — новые дороги, жилые кварталы и общественные здания постепенно вытесняли эти территории.
Затерялись среди бетономешалок
Площадь Революции продолжала постепенно «таять». В конце 1920-х ее северо-западную часть огородили под сооружения радиостанции, которую в начале 1960-х превратили в одну из станций-«глушилок» коротковолнового вещания западных радиостанций (сегодня здесь находится офис Центрального банка России). В 1950-е годы юго-западный сектор застроили новыми больничными корпусами.
Окончательно площадь исчезла около 1970 года, когда началось строительство семиэтажного больничного здания. Во время земляных работ строители вскрыли старые казачьи захоронения, оказавшиеся в котловане, и многие из них были уничтожены.
Последние здания бывшей войсковой больницы, включая флигеля крепости, считавшиеся самыми старыми каменными постройками города, снесли в 2007-2010 годах. Сегодня на незастроенной части бывшей площади разбит больничный сквер. Историки Руслан Лысянский и Вячеслав Мартианов в своей книге «Улицы Краснодара: историко-топонимическая ретроспектива» отмечают, что под его землей по-прежнему скрыты остатки кладбища и фундамент разрушенного храма — немые свидетели одного из самых старых уголков Екатеринодара.
Интересна и Зеленая площадь, примыкавшая к ул. 3-я Линия. Она получила свое имя в 1948 году и, по иронии судьбы, часть ее территории действительно превратилась в сквер. К 1951 году был застроен западный сектор площади, в следующем десятилетии — северный. Окончательно площадь исчезла в 1980-е годы, когда застроили ее южный сектор, полностью поглотив прежнее пространство.
Лишь на бумаге
В южной части Западного округа Краснодара есть район с необычным народным именем — Горогороды. Когда-то здесь находились обычные огородные участки, но с ростом города жители постепенно стали строить на своих землях дома, превращая участки в частный сектор. Так и закрепилось за этим массивом привычное всем название.
Интересно, что в 1951 году для Горогородов запроектировали целый десяток улиц и проездов, но многие из них так и не появились на карте. Среди них — ул. Больничная, которая должна была находиться недалеко от нынешней Детской краевой больницы; Водопроводная, названная по близлежащему предприятию городского водоканала; проезды Буковый, Виноградный, Дубовый, им. Зои Космодемьянской, Каштановый, Ореховый, Чинаровый и Тополевый.
— Пятидесятые годы прошлого века — это время, когда река Кубань периодически выходила летом из своего русла и затапливала пойму, где и находятся Горогороды. Тратить средства на строительство современного микрорайона в местах подтопляемых кварталов и трущоб было нецелесообразно. Думаю, именно поэтому запроектированные улицы там так и не появились. Активное строительство в Горогородах началось уже во второй половине 1970-х, после создания водохранилища, — рассказал «КИ» экскурсовод, преподаватель КубГУ Сергей Дейко.
Еще по теме. «А мы из «Лондона»
По словам историка Михаила Юрьева, судьба топонимов напрямую зависит от человеческой памяти. Пока живы носители, живут и сами названия.
— К примеру, в районе пересечения ул. Орджоникидзе и Красной, где сегодня находится Театр кукол, когда-то стояла гостиница «Лондон». Вокруг нее сложилось негласное деление города на районы, и центральную часть так и называли — «Лондон». Рядом существовали и другие народные названия: Дубинка, Покровка, Свинячий хутор, — вспоминает историк. — Даже спустя десятилетия после исчезновения самой гостиницы это имя продолжало жить в разговорной речи. Помню, еще в конце 1970-х мальчишки представлялись друг другу: «Мы с Горогородов», «А мы из «Лондона». Прошло уже около полувека, а топоним сохранялся — передавался от старших поколений к младшим, пока в городе оставались коренные жители, для которых эти названия были частью повседневности.
Похожая история связана и с другими местами. Допустим, здание на ул. Орджоникидзе, где во время оккупации располагалось гестапо, долгое время в народе так и называли — Гестапо, уже без какого-либо подтекста. Это было просто устоявшееся обозначение места. Однако со временем, когда сменились поколения и в город приехало много новых жителей, название исчезло из употребления.
