Раздел сфер влияния в Персии
Прежде чем начать наш рассказ, чтобы читатель смог прояснить для себя обстановку того времени, несколько слов о предыстории этих далеких событий.
Русская армия участвовала в боевых действиях на территории Персии задолго до начала Первой мировой войны. Походы на персидские земли предпринимались еще во времена Петра I и Екатерины II, в русско-турецких войнах и среднеазиатских походах.
Начиная с последней трети ХIХ в. интересы России и Великобритании в этом регионе столкнулись напрямую. 18 августа 1907 г. в рамках формирования нового блока Антанты была заключена конвенция о разделе сфер влияния в Персии. Север до Исфахани отходил России, юг — до Кермана с основными нефтяными месторождениями — Великобритании, центр страны сохранял независимость.
Россия постепенно усиливала свои позиции в Персии. По просьбе шаха в его столице кубанскими казаками была сформирована личная шахская гвардия — персидская казачья бригада, в которой командирами были кубанские офицеры и урядники, а рядовыми — персы. На границе Российской империи с Персией в довоенное время дислоцировалась готовая вступить в бой отдельная Закаспийская казачья бригада генерала Николаева в составе 1-го Кавказского и 1-го Таманского казачьих полков.
С началом Первой мировой войны германские и турецкие агенты попытались склонить Персию, которая официально сохраняла нейтралитет, на свою сторону и выступить единым мусульманским фронтом. Малочисленные русские войска генерала Назарбекова были атакованы двумя турецкими дивизиями и понесли большие потери. Был захвачен город Урмия, затем Тебриз. Русское командование развернуло на этом участке свой 4-й Кавказский корпус генерала П.И. Огановского в составе 2-х пехотных и 2-й Кавказской казачьей кавдивизии терского казака генерал-лейтенанта Д.К. Абациева в составе двух кубанских и трех терских казачьих полков. 30 января 1915 г. начальник азербайджанского отряда донской казак генерал Чернозубов отбил Тебриз. В апреле турки были отброшены с территории Ирана.
Осенью 1915 г. в Персии против русских и англичан выступили отряды жандармов, придерживающиеся германской ориентации, и отдельные отряды вооруженных немцами повстанцев. Турецкие дивизии были готовы поддержать восставших. Мятеж поддерживал фактически правивший страной при Ахмед-шахе премьер-министр. В Исфахане фанатики-мусульмане убили русского вице-консула, а по стране — много русских чиновников и простых граждан. Поток беженцев устремился к границам с Россией.
Англичане терпят поражение у Эль-Кута
Для установления в Персии порядка русское командование сформировало экспедиционный корпус под командованием командира 1-й Кавказской казачьей кавалерийской дивизии терского казака генерал-лейтенанта Н.Н. Баратова. В состав корпуса вошла 1-я Кавказская казачья дивизия в составе трех кубанских и одного терского полков и некоторые пехотные части. Позднее вошла Сводно-Кубанская казачья дивизия генерал-майора А.Ф. Рафаловича из четырех кубанских полков. Корпус должен был не допустить вступление в войну Персии на стороне Турции и Германии и прочно обеспечить левый фланг Кавказской армии.
30 октября 1915 г. части корпуса высадились в порту Энзели на севере Персии. Корпус генерала Баратова успешно провел Хамаданскую операцию, захватив Казвин, Кум и Хамадан. В 1916-м для обеспечения Эрзерумской операции казачьи дивизии начали наступление на Керманшахском направлении и 24 февраля заняли важный центр западной Персии город Керманшах. Таким образом, казаки встали надежным заслоном турецкой экспансии. Однако дальнейшие действия корпуса были продиктованы не столько стратегическими интересами России, сколько навязчивыми просьбами союзников, дела которых складывались не лучшим образом
После начала войны контролируемые ими нефтяные месторождения оказались под угрозой. Кроме необходимости их защиты, англичане вынашивали планы о захвате новых месторождений в турецкой Месопотамии. Для осуществления своих целей английское командование сформировало экспедиционный корпус, который 6 ноября 1914 г. приступил к боевым действиям, высадившись у города Фао в Персидском заливе. 21 ноября войска захватили Басру и к концу года закрепились в южной Месопотамии.
В 1915-м передовой отряд под командованием генерал-майора Чарльза Таунсенда предпринял наступление на город Эль-Кут, расположенный на левом берегу Тигра, и далее на Багдад. Однако турки усилили свои войска, сформировав здесь 6-ю турецкую армию под командованием немецкого генерал-фельдмаршала барона Кольмара фон дер Гольца.
22 ноября турки у древнего Ксетифона разбили английские войска, которые были вынуждены отступить к Эль-Куту и укрыться в городе. 7 декабря началась его осада турками. Попытки англичан деблокировать город к успеху не привели. Вот тогда англичане, которым было не привыкать загребать жар чужими руками, обратились за помощью к своему союзнику России.
Русское командование выдвинуло встречное условие, что после захвата Мосула и Багдада русские и английские войска начнут совместное наступление на центральные районы Турции. Однако англичане, опасаясь проникновения русских в их нефтеносные районы, засомневались. В 1916 г. они предприняли четыре самостоятельные попытки деблокировать свои войска в Эль-Куте, но все они были отбиты с большими потерями.
Между тем в окруженном гарнизоне уже начался голод и болезни. Англичане не привыкли долго оставаться без утреннего кофе, и 29 апреля гарнизон капитулировал. В плен попало около 13 тысяч английских солдат во главе с генералом Таунсендом. Разгром был полный. Командующий войсками в Месопотамии генерал Никсон был заменен генерал-лейтенантом Перси Лейком. До декабря 1916 г. англичане уже не помышляли ни о каком наступлении. А освободившиеся войска 6-й турецкой армии полной силой навалились на русскую Кавказскую армию.
Вторая часть плана
Вот в таких условиях (до сдачи генерала Таунсенда) у английского командования зародилась идея вновь просить русских о наступлении, а также установить живую связь между экспедиционным корпусом генерала Баратова в Персии и английской армией, действующей в Месопотамии. По замыслу командования связь двух армий свидетельствовала бы об общности политических задач союзников и облегчала бы выработку планов совместных действий войск против турок. А также оказало бы положительное моральное воздействие на утомленных неудачными боями англичан.
Как пишет известный кубанский историк Ю.Г. Бузун «Такая просьба была более чем удивительна, если учесть, что корпус Баратова, насчитывавший всего 9 батальонов пехоты (основную часть его отряда составляла казачья конница) и находился в 800 верстах к северу от Кут-Эль-Амара. В то время как в 150 верстах к югу располагалась армия генерала Мода, состоявшая из 4 пехотных дивизий. Иными словами, англичане требовали от девяти русских батальонов и казачьей дивизии того, чего сами не решались сделать четырьмя пехотными дивизиями».
В первых числах апреля передовые части корпуса Баратова (1-й Запорожский, 1-й Уманский казачьи полки и батальон ополчения) двинулись в направлении Багдада. С боями они заняли города Керинд и Касри-Ширин, находившиеся на персидско-турецкой границе.
В конце апреля Баратов стал готовить реализацию второй части плана англичан — проведение рейда по турецким тылам к союзникам.
Выполнение этой труднейшей задачи было возложено лично генералом Баратовым на командира 1-й сотни 1-го Уманского казачьего полка Кубанского казачьего войска сотника В.Д. Гамалия, с которым он был знаком.
Василий Данилович Гамалий родился 1 мая 1884 г. в станице Переясловской Кавказского отдела Кубанской области. Сдав экзамены, был принят в Оренбургское юнкерское училище.
«Высокого роста, крупного телосложения, широкоплечий и в то же время очень подвижный и ловкий, Василий Гамалий был украшением Казачьей сотни юнкеров. Младший портупей-юнкер, награжденный именным золотым жетоном на состязаниях по легкой атлетике, выдающийся наездник и рубака, получивший в выпускном классе приз», вспоминали о нем современники.
В 1911 г. он был выпущен хорунжим в 1-й Уманский казачий полк и вскоре как способный офицер был назначен на должность адъютанта полка. В его составе под командованием терского казака георгиевского кавалера полковника Генерального штаба М.Г. Фисенко воевал на Кавказском фронте. За боевые отличия награжден Георгиевским оружием с надписью «За храбрость» и несколькими орденами. Забегая вперед, скажем. Что после рейда его произвели в подъесаулы. Во время Гражданской войны — в Добровольческой армии, полковник, командовал 2-м Кабардинским конным и 3-м Уманским казачьим полками, конной бригадой. В 1920-м раненым был эвакуирован из Крыма в Константинополь. Умер в 1956 году в США.
Приказ генерала Баратова
В рейд сотник Гамалий пошел в должности командира 1-й сотни полка, на которую был назначен накануне. Штатный командир сотни «заболел» перед самым походом. Генерал Баратов лично назначил командиром Гамалия.
Кубанец полковник Ф.И. Елисеев так описывал Василия Гамалия:
«Красивый, высокий, крепкий, здоровый мужчина — кровь с молоком. Очень стройный. Крепко скроенный и красиво сшитый. С могучими плечами и легкой походкой. Своим внешним видом Гамалий представлял классическую красоту казака-черноморца. Ему тогда было чуть свыше 35 лет».
26 апреля Гамалий получил приказ Баратова в котором говорилось: «Приказываю вам с сотней, с получением сего, выступить на Зейлян-Каркой-Каразан и далее на Зорбатию с задачей войти в связь с британской армией, действующей в Месопотамии. Мною предложено командующему этой армией ген. Лекку к 3-4 мая выслать и от себя разъезд в Зорбатию для встречи с вами. С ним вам надлежит выяснить подробно состав, расположение и текущие задачи англичан, а также состав и расположение турок, действующих против них. Вам придется двигаться по Поштикуху, вали которого заявил себя сторонником Англии и нашим. Но, несмотря на последнее, вам надлежит двигаться весьма осторожно и с большой осмотрительностью. Правее вас, на Мендели, будет двигаться другой наш отряд. По установлении связи и выяснении обстановки у англичан, возвращайтесь обратно в Керманшах».
Казакам предстояло пройти по турецким тылам, через горные кряжи, ущелья и пустыни, населенные враждебными племенами около 400 верст (примерно 427 км), но на деле этот путь увеличился почти втрое.
27 апреля сотня выступила из Майдешта. После двухчасового пути Гамалий на малом привале объяснил казакам сотни поставленную задачу. К вечеру они достигли села Таландешт, где остановились на ночевку. Однако отдохнуть не довелось: ночью бивак сотни неоднократно обстреливался с близлежащих гор кочевниками-лурами. На следующий день к вечеру сотня дошла до Чаар-Даола, где их вновь обстреляли луры.
29-го казаки преодолели очень крутой Чаар-Даольский перевал, который почти непроходимыми тропами выходил к турецкой границе. Во время перехода приходилось двигаться строго по одному, ведя лошадей в узде. Несколько лошадей с поклажей сорвалось в пропасть. Вечером предатель проводник-лур попытался бежать. Однако после казачьего «жесткого внушения» был вынужден вывести сотню в нужном направлении.
Гамалий, как опытный командир, встретился с вождем луров, и с помощью дипломатии и специально выделенных ему генералом Баратовым золотых царских червонцев получил согласие на переход отряда через территорию этого племени.
Репортеры прославили подвиг кубанцев на весь мир
Третьего мая сотня подошла к цели своего пути, однако вместо англичан они увидели на предполагаемом месте встречи маячившие турецкие разъезды. Формально Гамалий выполнил приказ — он привел сотню к назначенному командованием месту, и имел полное право вернуться назад. Однако не таким был кубанский казак Василий Гамалий, он решает довести начатое дело до конца.
По его приказу сотня отклонилась от маршрута и направилась в направлении Али-Гарби. Однако для этого нужно было пересечь пустыню, которую местные племена звали Долиной смерти. Это был самый трудный участок пути. Гамалий в своем донесении писал:
«Проводник сбился с пути… Началась жара. Пекло невероятное. В три часа дня люди начали заболевать, лошади тоже. Мираж обманывал казаков… Сразу же заболело 12 человек, через 20-30 минут — еще 4 человека; пало 5 лошадей, а воды все не было…».
Казаки валились с седел. Только случайно встреченная кочевка арабов поделилась горькой водой и укрыла от палящего солнца. Казаки сотни были спасены от неминуемой гибели. Несмотря на все трудности, засады и невзгоды около полуночи 6 мая сотня уманцев подошла к Али-Гарби. Всего за 10 дней казаки преодолели по разным данным от 800 до 1000 верст по тылам противника и вписали в историю России еще одну славную страницу.
Англичане приняли их за турок. Когда же они узнали, что перед ними кубанские казаки, то их удивлению не было предела, казаки встретили радушный прием. Единственно, что не понравилось кубанцам, так это пить виски, разбавленное содовой. Казаки предпочитали натуральный продукт.
Командующий английскими войсками генерал Лек пригласил сотника Гамалия, его заместителя хорунжего Перекотия и сотника Ахмет-хана в свой штаб в Басру. Там в присутствии штабных офицеров и репортеров в честь героев был дан торжественный обед. Все три офицера были награждены английскими орденами «Милитари Крус», еще пять наград генерал выделил для казаков сотни. О подвиге казаков репортеры раструбили по всему миру. Кубанский казак Василий Гамалий получил мировую известность.
Пробыв у англичан чуть больше двух недель, отдохнувшие казаки выступили в обратный путь и 1 июня прибыли в Майдешт, откуда уходили в рейд. За время похода отряд потерял 19 лошадей и ни одного казака…
В СССР эту историю не вспоминали
Командование по достоинству оценило подвиг кубанцев. 12 мая 1916 г. на имя генерала Баратова поступила телеграмма с поздравлениями и приказами государя Николая II и командующего Кавказской армией Великого князя Николая Николаевича:
«Молодецкий поход доблестной Уманской сотни вглубь неприятельской страны и блестящее выполнение поставленной задачи меня глубоко порадовало. Жалую Сотнику Гамалию орден Св. Георгия 4-й ст. Николай».
«Его Императорское Высочество награждает всех господ младших офицеров сотни орденом Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом. Всех казаков доблестной сотни Августейший Главнокомандующий награждает Георгиевскими крестами, тех, кто имеет уже Георгиевские кресты, соответственно высшими степенями этого креста», писал дядя царя Великий князь Николай Николаевич.
В армии сотню Гамалия стали называть георгиевской. Это был четвертый случай в истории России, когда георгиевскими наградами награждалось все подразделение: моряки брига «Меркурий», крейсера «Варяг», сотня 2-го Уральского казачьего полка и сотня кубанцев В.Д. Гамалия.
В советское время об этом знаменитом рейде, как впрочем, о большинстве событий Первой мировой войны, которую советские историки называли империалистической, было забыто. Только в 1953-м в издательстве министерства обороны «Воениздат» была опубликована повесть Хаджи-Мурата-Музуева «К берегам Тигра», рассказывающая о рейде сотника Гамалия. В предисловии автор пишет, что ему в руки случайно попалась рукопись участника рейда, по которой он опубликовал эту книгу.
В эмиграции рейд сотника Гамалия неоднократно описывался на страницах газет и журналов. Кубанец и друг Гамалия полковник Ф.И. Елисеев выпустил в США две брошюры, посвященные ему и рейду. В них он использовал свои личные воспоминания и документы, переданные ему вдовой Гамалия.
В современной России вновь вспомнили о подвиге казаков сотника Гамалия. Книга «К берегам Тигра», не утратившая своей актуальности, была несколько раз переиздана. Снят документальный фильм «Сотня. Месопотамский рейд».
На Кубани также помнят о подвигах наших земляков. На родине в станице Переяславской Василию Даниловичу Гамалию установлен памятник. В Краснодаре в Прикубанском округе одна из улиц носит его имя.
