Командиры гибли один за другим
Продолжение. Предыдущий очерк читайте здесь.
40-я отдельная кавалерийская дивизия была сформирована в станице Кущевской в соответствие с постановлением ГКО №1086 от 21.07.1941 г. и приказом СКВО №00190 от 21.07.1941 г. Она имела в своем составе 147-й (командир — полковник М.Ф. Собакин), 149-й (командир — подполковник Л.Г. Калужский) и 151-й (командир — майор Новиков) кавалерийские полки.
С момента сформирования до конца декабря 1941 г. дивизией командовал кавалер двух орденов Красного Знамени полковник Филипп Федорович Кудюров, начальником штаба был полковник Иван Сергеевич Стройло.
15 августа, сразу после формирования, дивизию направили в Крым, где она вошла в состав 51-й армии. Первым в бой с фашистами вступил 147-й кавполк под командованием полковника Собакина. Вместе с 48-й кавдивизией генерала Аверкина он участвовал в контратаке в районе Ишуни. Полк атаковал в конном строю, противник бежал в направлении Ишуни. В бою особо отличился начальник штаба полка старший лейтенант Савицкий.
После прорыва фронта дивизия Аверкина вместе с 147-м кавполком отходила на Алушту и Севастополь. В начале ноября кавалеристы были отрезаны от основных сил армии на Южном берегу Крыма и дрались в районе Алушты, затем ушли в горы и воевали вместе с крымскими партизанами.
Казаки 147-го кавполка предприняли попытку прорыва к Севастополю. Командир полка полковник Собакин погиб в бою 7 ноября 1941 г., к своим удалось прорваться лишь около 200 бойцам полка.
22 октября противник, при поддержке массированного удара авиации, оттеснил обескровленные части 172-й стрелковой и 42-й кавдивизий. Для контрудара по прорвавшимся фашистским частям в бой бросили 149-й и 151-й кавалерийские полки 40-й кавдивизии и стрелковые части. В результате удара наступление немцев было приостановлено.
23 октября полки дивизии вновь нанесли удар по частям 50-й пехотной дивизии противника и принудили их отойти в северном направлении. В этом сражении погиб командир 151-го кавполка майор Душук, сменивший первого командира полка майора Новикова. Об ожесточенности боев говорит следующий факт. С 15 ноября полком командовал старший лейтенант И.С. Попов, с 26 ноября — подполковник Н.А. Обыденный (погиб 17 декабря), с 18 декабря — капитан П.И. Сыров (погиб), с 24 декабря — капитан Приходько (ранен 29 декабря), со 2 января — капитан Ф.Г. Березин.
В результате контрудара, угроза, нависшая над левым флангом армии, была ликвидирована. Отмечая заслуги кубанцев, Военный Совет 51-й армии вынес личному составу дивизии благодарность. В этих боях она захватила трофеи: 6 станковых пулеметов, несколько мотоциклов, 17 пленных 50-й пехотной дивизии, тысячи снарядов и патронов.
Пошли на помощь главному оплоту страны на южных рубежах
24 октября 40-я кавдивизия вошла в состав Приморской армии. Кавалеристы вели оборонительные бои, затем отходили в направлении Николаевки. Особенно тяжелые бои части дивизии вели 27 октября. В этот день танковая группа противника, не встречая сопротивления стрелковых частей, атаковала с фланга и тыла боевые порядки 149-го и 151-го кавполков дивизии. Командный пункт 151-го кавполка был разгромлен, под гусеницами танков почти полностью погибли 1-й и 2-й эскадроны полка. Командир 149-го кавполка подполковник Калужский был ранен. Полки дивизии под ударом превосходящих сил противника были вынуждены отступить на Федоровку. В этих боях почти целиком погиб 141-й кавполк дивизии.
29 октября по приказу командования Приморской армии 40-я кавдивизия, соединившись с остатками 42-й кавдивизии, получила боевой приказ обеспечить левый фланг армии. По свидетельству начальника штаба 40-й кавдивизии полковника Стройло, после объединения в двух дивизиях осталось лишь два неполных полка.
К 31 октября немецкие части отрезали основную дорогу на Севастополь. Командующий армией генерал-майор И.Е. Петров созвал совещание командиров. По воспоминаниям командующего артиллерией генерала Н.К. Рыжи, он обратился к присутствующим:
«Перед нами два пути: на Севастополь и на Керчь. Мы можем в течение ночи достигнуть Керченского полуострова и занять там оборону. Но с этой задачей, очевидно, справится и одна 51-я армия. А Севастополь, базу Черноморского флота, необходимо удержать…».
Решение было принято — идти на помощь Севастополю, в котором на тот момент практически не было войск.
Первый штурм города
К 9 ноября соединения Приморской армии сосредоточились в районе Севастополя и заняли оборонительные рубежи. Несколько пополненная личным составом, 40-я кавалерийская дивизия заняла позиции в первом секторе обороны. В ее состав к моменту начала боев в Севастополе входили: 149-й и 151-кавполки и 154-й кавполк бывшей 42-й кавдивизии. Бойцы и командиры дивизии во время обороны Севастополя проявили исключительную храбрость
Первым в бой с противником 11 ноября вступил 149-й кавполк. Две колонны мотопехоты и танков противника одновременно ударили по позициям полка, занимавшем оборону в районе шоссе из села Байдарт. В течение двух часов, находясь в полу-окружении, бойцы полка отражали атаки гитлеровцев. На помощь полку комдив бросил 154-й кавполк и единственную батарею 76-мм пушек. В результате подразделения полка смогли отойти и занять новые рубежи обороны. 13 ноября противник перешел в наступление по всему фронту, начался первый штурм Севастополя.
14 ноября подразделения 8-го полка НКВД и батальона военно-воздушных сил, не выдержав натиска противника, оставили занимаемые позиции. В целях разгрома прорвавшегося противника в бой ввели подразделения 40-й кавдивизии и 514-го стрелкового полка. К 17 часам они овладели высотой 440,8 и повели наступление на высоту 508,1. Однако вследствие отхода батальона НКВД, подвергшись фланговому удару противника, бойцы дивизии были вынуждены отступить к высоте 440,8, где вели бои в полу-окружении до 16 ноября.
С 17 ноября полки вели бои на подступах к Балаклаве. В этих боях потери составили свыше 100 человек. 20 ноября части дивизии отвели в тыл на пополнение.
Второй штурм
17 декабря 1941 г. противник начал наступление по всему фронту, это был второй штурм Севастополя. В этих боях дивизия воевала на левом фланге армии, в полосе обороны 4-го сектора, проходившем от Дуванкоя до берега моря, под командованием коменданта сектора — командира 95-й стрелковой дивизии генерал-майора В.Ф. Воробьева. Противник силами 22-й и части 132-й пехотных дивизий прорвал здесь оборону 8-й отдельной бригады морской пехоты полковника В.Л. Вильшанского.
40-я кавдивизия получила приказ генерала Петрова нанести удар в направлении горы Азиз-Аба. По свидетельству начальника штаба дивизии, к началу наступления в составе дивизии насчитывалось всего около 600 сабель (вместо почти 3000 положенных).
149-й и 151-й кавполки сходу контратаковали прорвавшиеся части 22-й пехотной дивизии немцев и отбросили их. Однако в этом бою погибли командир 151-го кавполка майор Н.А. Обыденный и ряд командиров эскадронов и взводов, возглавивших атаку. Как отмечал в журнале боевых действий дивизии полковник Стройло, «генерал Воробьев, учитывая малочисленность 40-й кавдивизии, поставил задачу командиру 8-й бригады морской пехоты к утру 18 декабря привести части бригады в порядок и занять оборону. Кроме того, на этот участок должен был подойти, только что выгрузившийся в порту Севастополя 773-й стрелковый полк. Этим частям была поставлена задача разгромить ударную группировку противника. Однако 8-я бригада так и не смогла привести свои части в порядок и лишь некоторыми подразделениями заняла рубеж обороны».
Кавалеристы, понесшие значительные потери, были вынуждены растянуть свой фронт обороны. В 9.30 утра немцы предприняли атаку. В 11.30 к позициям подошел 773-й стрелковый полк. Однако так и не развернувшись в боевые порядки, после артиллерийского и авиационного налетов потерял управление и разбежался.
Полковник Кудюров был вынужден ввести в бой свой последний резерв — 154-й кавполк полковника Макаренко. Его бойцам удалось приостановить наступление немцев, при этом были подбиты два танка противника. На рубеже обороны 8-й бригады дрались 149-й и 151-й кавполки. Таким образом, части 40-й дивизии в количестве 600 кавалеристов, не имея резервов, были вынуждены занять рубеж обороны более 2,5 км.
Триста кавалеристов
Несмотря на отсутствие обещанных подкреплений и непрекращающиеся атаки, противнику, имевшему танки и артиллерию, в течение 18 декабря не удалось прорваться в полосе обороны дивизии ни на один шаг. В этих боях гитлеровцы потеряли несколько сотен солдат и офицеров и 2 подбитых танка. Потери дивизии составили до 80 человек, кроме того, погиб заместитель командира дивизии полковник Гайженко. 19 декабря дивизии вновь, практически в одиночку, пришлось отражать вражеские атаки.
По свидетельству полковника Стройло:
«Немногие подразделения 8 МБР удалось в течение ночи привести в порядок и к утру 19.12. вытолкнуть на оборонительный рубеж, поместив их левее 149 и 151 кавполков. Разбежавшихся бойцов 773-го стрелкового полка не удалось собрать. Несколько небольших групп этого полка удалось к утру вытянуть на оборонительный рубеж, переподчинив их командирам 151 и 154 кавполков… Противник с 9.00, после ожесточенной артподготовки, перешел к последовательным атакам на различных участках дивизии, введя в дело значительное количество пехоты и уцелевшие танки. Бои носили исключительно упорный характер, с тяжелыми потерями для обеих сторон. В течение дня противнику удалось потеснить части дивизии более чем на 0,5 км и только потому, что находившиеся между ними подразделения 8-й бригады (остатки) и 773-го полка при каждом нажиме противника беспорядочно бежали, открывая проходы для внедрения противника в места нашей обороны, тем самым ставя в тяжелое положение стойко обороняющиеся части дивизии…».
20 декабря ночью многочисленными группами автоматчиков противник неоднократно пытался вклиниться в оборону и окружить части дивизии, но это ему не удалось. Все атаки были отбиты. После часовой артподготовки в 12 часов дня части немцы предприняли яростную атаку, но и она была отбита. Враг потерял десятки убитых и еще один танк. До темноты была предпринята еще одна атака, но немцы вновь были вынуждены вернуться на исходные позиции. Кавалеристы дивизии так же понесли значительные потери — до 120 убитых и раненых. К концу дня в ее рядах осталось не более 300 человек боевого состава.
Смерть комдива Кудюрова
21 декабря до полка пехоты противника при поддержке пяти танков перешло в атаку против правофлангового 149-го кавполка. И только благодаря исключительному мужеству и героизму командиров и бойцов эта атака была отбита. До 16.30 отбили еще три вражеские атаки.
Однако после продолжительного артиллерийского налета фашистам удалось повредить связь между штабом дивизии и поддерживающими ее артиллеристами. В результате новой атаки изнуренный боями полк, оказавшись без поддержки артиллерии, не смог остановить противника. Немцы прорвались на стыке 149-го и 154-го полков и атаковали командный пункт полка. В бою погиб доблестный командир 149-го кавполка подполковник Калужский. Остатки полка численностью до 80 человек были вынуждены отступить.
Танковая группа и автоматчики вышли на КП дивизии. Работники штаба и комендантского взвода во главе с комдивом Кудюровым до наступления темноты удерживали занимаемые позиции. В бою погиб полковник Филипп Федорович Кудюров, лично руководивший отражением танковой атаки.
Маршал Советского Союза Н.И. Крылов, в то время начальник штаба Приморской армии, вспоминал об этих боях:
«Там, в четвертом, тоже продолжались ожесточенные бои, и самые тяжелые — опять на участке Кудюрова. Остатки кавдивизии давно следовало бы отвести с переднего края, однако заменить их было пока нечем. Да и нужны были эти несгибаемые ветераны, сколько бы их ни осталось в строю, сейчас именно на передовой. Ценя их как костяк, способный цементировать оборону, мы пошли на то, что временно присоединили к 154-му кавполку подполковника А.К. Макаренко, у которого своих людей оставалось всего несколько десятков, соседний 773-й стрелковый полк, потерявший в бою только что назначенного нового командира…
21 декабря достиг своей кульминации подвиг сражавшихся за Бельбекской долиной спешенных конников, которых в оперативных документах все еще называли 40-й кавалерийской дивизией. Конники стояли насмерть. Каждое их подразделение, условно именовавшееся полком, за этот день вновь отбило по нескольку атак немецких танков и пехоты. «Держимся и будем держаться», — передал около 16 часов командир 149-го кавполка. Это было его последнее донесение: через несколько минут подполковник Л.Г. Калужский пал смертью героя, руководя отражением новой танковой атаки. Бой разгорелся вслед за тем у командного пункта дивизии. В 17 часов младший лейтенант Сапожников доложил оттуда по телефону в штаб сектора: Полковник Кудюров убит. Танки противника у нашего КП. Больше говорить не могу, ликвидируйте мои позывные…
Подробности стали известны позже. Командир дивизии Филипп Федорович Кудюров, заменив убитого наводчика, встал к противотанковой пушке. Погиб он при прямом попадании танкового снаряда в это орудие. Танки прорвались у командного пункта комдива и в стыке двух кавполков (в одном из них к этому часу насчитывалось 80 бойцов, а в другом лишь немногим больше. — Авт.). Но бойцы остались на своем рубеже, сумели огнем отсечь от танков наступавшую за ними пехоту. Храбрые конники дорого отдавали свою жизнь. По самым скромным и, вероятно, неполным подсчетам, они уничтожили в декабрьских боях до полутора тысяч гитлеровцев, надолго задержали на своем участке продвижение врага».
Горстка казаков против полнокровной немецкой дивизии
К 22 часам 21 декабря был организован новый КП дивизии, в командование которой вступил ее начальник штаба раненный полковник Стройло.
Обескровленную дивизию, насчитывавшую не более 200 активных бойцов, было некем заменить, и 22 декабря ее части, пополненные сборным отрядом из различных подразделений, вновь приняли бой. Немцы вклинились в оборону между полками и, обойдя левый фланг 154-го кавполка, вышли в его тыл. В результате обхода был уничтожен командный пункт полка во главе с его командиром подполковником Макаренко и всем штабом полка. Потерявший управление полк был вынужден отойти к безымянной высоте.
Кубанцы с честью отражали атаки превосходящих сил противника, героически отстаивая буквально каждый метр севастопольской земли. Тяжелые потери не сломили боевого духа кубанских казаков, и они с боями отходили только по приказу командования. За шесть дней боев почти все части полнокровной фашистской дивизии, при поддержке танков, артиллерии и авиации, сумели отвоевать у горстки кубанцев лишь около пяти километров героической севастопольской земли, потеряв при этом не менее двух тысяч своих солдат и офицеров.
Остатки 40-й дивизии, бойцов которой не было кем заменить, продолжали сражаться. Выбыли оба командира полков. Командир 151-го капитан Стров погиб, командир 154-го капитан Приходько ранен. 30 декабря сформировали сводный полк дивизии под командованием временно исполняющего должность командира 149-го кавполка старшего лейтенанта Бобрикова. 31декабря 1941 года — 2 января 1942 года полк вел бои с окопавшимся на северных склонах высоты противником. Во время этих боев погиб старший лейтенант Бобриков и многие кавалеристы.
Только 2 января, ко дню окончания 2-го штурма Севастополя, остатки дивизии были направлены в район тылов дивизии на переформирование.
До апреля 1942 года дивизия не участвовала в боях, пополнялась личным составом, артиллерией, вооружением. Однако в апреле 1942-го ее расформировали. В соответствие с приказом Ставки от 16.03.1942 г. оставшийся личный состав дивизии направили на пополнение частей 17-го казачьего кавалерийского корпуса. Боевые кавалеристы направлялись на укомплектование 12-й Кубанской казачьей кавдивизии.
28 апреля 1942 года на эсминце в Новороссийск благополучно были доставлены кавалеристы 149-го и 151-го полков во главе с майором Немцовым в количестве 480 человек. Все они влились в ряды прославленного казачьего кавкорпуса.
В 1950-е годы прах отважного комдива полковника Филиппа Кудюрова перезахоронили в Севастополе на мемориальном кладбище. Его именем названа одна из улиц города-Героя.
На Кубани сегодня мало кто вспоминает о героических подвигах, совершенных кубанскими казаками при обороне Севастополя в 1941 г. Надеемся, этот очерк пополнит пробелы в знаниях любителей истории.
